Когда полнолуние пробуждает душу

    Когда полнолуние пробуждает душу

    Когда полнолуние пробуждает душу

    Фрагменты книги Алексея Купрейчика "Полночь твоего имени"

    Когда полнолуние пробуждает душу, чтобы та вспомнила, кем она является в этом темном и странном мире, все вокруг меняется и предстает в ином свете — в лунном, который никого не оставляет равнодушным, особенно тех, кто по своей природе — странник, держащий  путь по дорогам вечности, уходящим в глубину пространства и времени.
    Все кажется странным до тех пор, пока ты сам — не странное существо. Но как только признаешься себе, что во всем твоем существе нет ничего «нормального», ибо нормальное — всего лишь условность, относительность, ничего не значащее слово, привычно принимаемое за истину. Но как только соглашаешься со своей «странностью», мир перестает быть непонятным и непознаваемым, поскольку больше между вами нет никаких границ. А когда исчезают границы, начинается великая игра жизни, танец между тобой и тем, что тебя окружает.
    Жить без границ — нелегкий труд. Когда больше не ведаешь преград, начинаешь понимать, как они нужны: если ты исчезаешь, исчезает все, что могло бы тебя заметить, воспринимать. И тогда ты волей-неволей начинаешь создавать себе тело. Конечно, это только слово — «тело» — такое же странное, как и ты сам. Из-за этого ты порой даже ощущаешь себя каким-то обманщиком, оборотнем, хотя, если честно, так оно и есть.
    Духовный оборотень, влюбленный обманщик, вынужденный сотворять вокруг себя сказку, чтобы люди хотя бы иногда не плакали по ночам, а спали сном младенца. Правда, мало кто знает, что никакого сна младенца не существует, ибо никто и никогда еще не видел, что рождается в его сознании. Какие картины, какие цвета и звуки он лицезреет, какие запахи вспоминает или предвкушает, какие ощущение испытывает? Никто этого не знает, и пусть это во веки веков останется загадкой, чтобы позади человека всегда была тайна, в которую он не сможет вернуться, но которая все время будет томить душу, заставляя становиться странником и отправляться в будущее, чтобы познать загадки прошлого.
    Но никакого будущего не будет, если не научишься жить в настоящем, а жить в настоящем можно лишь в том случае, если ты — настоящий, в самом глубоком смысле этой боли.
    Только настоящий сливается с настоящим и может в нем существовать, наполнять его своей сущностью. Ибо если в тебе нет сущности, сущности любви — ты ничто, и поэтому где бы ни находился, ты всегда пребываешь в нигде. Именно поэтому люди так одиноки. Их одиночество не снаружи, их одиночество внутри. Пустому везде пусто.
    Между прошлым и будущим — жизнь, и эта жизнь должна жить в тебе, ибо ей больше негде находиться. Но как она может быть в том, кто сам по себе мертв? А без любви, пылающей в твоем сердце, ты всегда мертв. Только огонь любви подогревает душу, и она будит дух, заставляя его двигаться дорогой вечности.
    И как бы нам ни казалось, что любовь приносит боль, так оно и есть — она приносит боль. Но… это боль перерождения, это боль бабочки, покидающей кокон, это боль змеи, сбрасывающей кожу. Это боль освобождения. Это боль ребенка, рождающегося на свет.
    И когда она приходит, нельзя от нее прятаться — обратно в кокон, обратно в чешуйчатую жизнь, напротив, необходимо пройди сквозь нее. И если ты сделаешь это, то превратишься в оборотня.
    Больно проходить через боль, очень больно, невыносимо. Но неужели возвращаться обратно в ненависть лучше?
    Как же часто кажется, что нам больно за что-то, но мы не понимаем, что это больно для чего-то. Для того, чтобы мы прошли туда, где мы наконец-то будем любить друг друга сердцами, душами, духом, а не в тысячный раз стучаться телом о тело, думая что так выманим кого-то к себе на свет.
    Боль исчезает не когда от нее прячешься, а когда проходишь сквозь нее, когда проносишь огонь любви через ее тернии.
    Те, в ком нет любви, порождают на свет таких же мертвых людей, как и они сами. И вот ты бредешь между этими зомби и кажешься им странным, потому что они всем своим нутром чуют, что ты обманываешь их, ты не такой как они. И это, действительно так, ведь ты — влюбленный оборотень, духовный обманщик.
    Но вся ирония заключается в том, что твое отличие не в чем-то, что у тебя есть, а в том, что у тебя нечто отсутствует. И это — твое собственное отсутствие.
    Тебя нет в себе самом, ты давно уже покинул себя и ушел навстречу миру, навстречу времени и пространству. Но ты вынужден обманывать, обречен говорить о тайне внутри себя.
    Пока в тебе есть только ты, ни людям, ни миру в тебе не поместиться, вы всегда будете толкать друг друга, всегда драться и сражаться за место под солнцем, под черным солнцем собственного одиночества и неприкаянности, за тех, кто разделит с вами ваше одиночество, а не дорогу.
    Но если ты уходишь, если освобождаешь место миру в своем сердце и душе, тогда и находишь Дух, ибо он всегда пребывает за пределами тебя, за границами личности, личины.
    Обманщик, ах, какой же ты обманщик. Только ночью позволяешь себе быть таким, какой ты есть на самом деле. Тайком, чтобы никто не видел, чтобы никто не заметил.
    А помнишь, ты ведь не сразу это понял? Даже пробовал быть честным с теми, кого любишь. Но, видя пустоту внутри тебя, они пугались, думая, что это и есть ты — пустой и никчемный, человек-ноль, человек-бездна, человек-пустота, человек-чудовище. В действительности же они видели лишь отражения того, чего сами в себе боятся, того, кто закрывает от них боль и путь к свободе.
    А ты, смущаясь, почти уже стыдясь, шептал: «Подожди, не спеши, присмотрись внимательно, там, за моими прозрачными границами — все мироздание, там чудо моего отсутствия, там — истинная ты, там истинный я, там истинный мир, там все, абсолютно все — настоящее».
    Конечно же, никто ничего не замечал. И ты открывал банальную истину — людям не нужно твое отсутствие, им необходимо лишь то, чем они могут обладать, что они могут взять в ладони.
    И тогда ты уже безмолвствовал, но молча продолжал говорить: «Люди, все, что вы берете в ладони, вы всегда душите. Обладать — это значит задушить, убить. Любовь — это давать, а не брать. Как только попытаешься схватить любовь, удержать, она тут же превратится в ненависть, станет орудием убийства».
    А ночью ты тихо молишься: «Лучше умереть в любви избитым, истерзанным, униженным, втоптанным в собственное отсутствие, чем стать еще одним проводником ненависти, чем добавить в это мироздание еще одну капельку злобы».
    Естественно, рано или поздно тебя все-таки убивают, и тогда ты действительно постигаешь окончательное отсутствие самого себя, становишься настоящим, истиной, единственным до конца честным человеком. Но этого никто не замечает, ведь тебя просто нет...Но если все-таки прислушаться, то можно услышать твой едва уловимый шепот: «Когда ваше сердца замирает хоть на секунду, когда ни с того ни с сего в глазах появляются слезы, не спешите их гнать прочь, не спешите снова становиться «собранными в кулак», остановитесь. Это любовь рвется наружу. Просто не запрещайте ей быть. Можете не помогать, но хотя бы не запрещайте. Не бывает любви без слез, как не бывает рождения без мук. Помогите своей любви. Самое темное время суток перед рассветом. Рождается солнце, ему больно, но дайте ему родиться. Стисните зубы, чуть-чуть перетерпите, ведь пока вы во тьме, тысячи и один оборотень говорят — я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, мой маленький оборотень, я люблю тебя…»

    © Алексей Купрейчик. Фрагменты книги "Полночь твоего имени"


    Вернуться к статьям раздела


Site Contect Protection (SCP)